Неточные совпадения
И позвольте вам наконец сказать по искренности, что детей-то своих вы не в
состоянии воспитать.
Пропал бы, как волдырь на воде, без всякого следа, не оставивши потомков, не доставив будущим
детям ни
состояния, ни честного имени!» Герой наш очень заботился о своих потомках.
И осталась она после него с тремя малолетними
детьми в уезде далеком и зверском, где и я тогда находился, и осталась в такой нищете безнадежной, что я хотя и много видал приключений различных, но даже и описать не в
состоянии.
— А на эти деньги он бы накупил скота или землицу купил бы за бесценок и мужикам роздал бы внаймы, — с улыбкой докончил Левин, очевидно не раз уже сталкивавшийся с подобными расчетами. — И он составит себе
состояние. А вы и я — только дай Бог нам свое удержать и
детям оставить.
— И завтра родится сын, мой сын, и он по закону — Каренин, он не наследник ни моего имени, ни моего
состояния, и как бы мы счастливы ни были в семье, и сколько бы у нас ни было
детей, между мною и ими нет связи.
Правдин. Но особы высшего
состояния просвещают
детей своих…
— Позвольте, — не давая себя перебить, продолжал Игнатий Никифорович, — я говорю не за себя и за своих
детей.
Состояние моих
детей обеспечено, и я зарабатываю столько, что мы живем и полагаю, что и
дети будут жить безбедно, и потому мой протест против ваших поступков, позвольте сказать, не вполне обдуманных, вытекает не из личных интересов, а принципиально я не могу согласиться с вами. И советовал бы вам больше подумать, почитать…
Он вспомнил всё, что он видел нынче: и женщину с
детьми без мужа, посаженного в острог за порубку в его, Нехлюдовском, лесу, и ужасную Матрену, считавшую или, по крайней мере, говорившую, что женщины их
состояния должны отдаваться в любовницы господам; вспомнил отношение ее к
детям, приемы отвоза их в воспитательный дом, и этот несчастный, старческий, улыбающийся, умирающий от недокорма
ребенок в скуфеечке; вспомнил эту беременную, слабую женщину, которую должны были заставить работать на него за то, что она, измученная трудами, не усмотрела за своей голодной коровой.
Когда карета Хлудова в девять часов вечера подъехала, как обычно, к клубу и швейцар отворил дверку кареты, Хлудов лежал на подушках в своем цилиндре уже без признаков жизни.
Состояние перешло к его
детям, причем Миша продолжал прожигать жизнь, а его брат Герасим, совершенно ему противоположный, сухой делец, продолжал блестящие дела фирмы, живя незаметно.
Адам и Ева, ощутившие друг друга как муж и жена, двое в одну плоть, находились в
состоянии гармонии и девственности. Они были свободны от злой и жгучей похоти, были как женатые
дети, которых соединение являлось бы данью чистой чувственности, освящаемой их духовным союзом. Они, будучи мужем и женой, по крайней мере в предназначении, не становились от этого самцом и самкою, которых Адам видел в животном мире: «и были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились» (2:25).
Не упраздняясь в священном и таинственном существе своем, они изменяются по
состоянию своему: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей, в болезни будешь рождать
детей, и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (3:16).
Как связанная не с субстанциальностью, но модальностью человеческого существа, как плод первородного греха, нравственность вообще не представляет собой вершины, абсолютной грани, она преодолима, ибо святость, хотя в себя и включает «делание заповедей», но сама находится уже «по ту сторону добра и зла»; также и
дети,
состояние которых, по слову Спасителя, является живой нормой Царствия Божия [«Если не обратитесь и не будете как
дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18:3).], свободны от уз нравственности.
Прошло с год, дело взятых товарищей окончилось. Их обвинили (как впоследствии нас, потом петрашевцев) в намерении составить тайное общество, в преступных разговорах; за это их отправляли в солдаты, в Оренбург. Одного из подсудимых Николай отличил — Сунгурова. Он уже кончил курс и был на службе, женат и имел
детей; его приговорили к лишению прав
состояния и ссылке в Сибирь.
Плантаторы обыкновенно вводят в счет страховую премию рабства, то есть содержание жены,
детей помещиком и скудный кусок хлеба где-нибудь в деревне под старость лет. Конечно, это надобно взять в расчет; но страховая премия сильно понижается — премией страха телесных наказаний, невозможностью перемены
состояния и гораздо худшего содержания.
…Сбитый с толку, предчувствуя несчастия, недовольный собою, я жил в каком-то тревожном
состоянии; снова кутил, искал рассеяния в шуме, досадовал за то, что находил его, досадовал за то, что не находил, и ждал, как чистую струю воздуха середь пыльного жара, несколько строк из Москвы от Natalie. Надо всем этим брожением страстей всходил светлее и светлее кроткий образ ребенка-женщины. Порыв любви к Р. уяснил мне мое собственное сердце, раскрыл его тайну.
В такие минуты, когда мысль не обсуживает вперед каждого определения воли, а единственными пружинами жизни остаются плотские инстинкты, я понимаю, что
ребенок, по неопытности, особенно склонный к такому
состоянию, без малейшего колебания и страха, с улыбкой любопытства, раскладывает и раздувает огонь под собственным домом, в котором спят его братья, отец, мать, которых он нежно любит.
От Келбокиани мы узнали, что умерла женщина свободного
состояния Ляликова, муж которой, поселенец, уехал в Николаевск; после нее осталось двое
детей, и теперь он, Келбокиани, живший у этой Ляликовой на квартире, не знает, что ему делать с
детьми.
Для любителей я записал некоторые его выражения: транспорт скушан! напе! наперипе! угол! по рублю очко маз! в цвет и в масть, артиллерия!] рядом с ним на нарах его любовница-каторжная — вялое, сонное и жалкое на вид существо; далее каторжный, жена свободного
состояния и трое
детей; каторжный не семейный; каторжный, жена свободного
состояния и двое
детей; поселенец; каторжный, чистенький старичок с бритым лицом.
В третьей; каторжный, жена свободного
состояния и двое
детей; каторжный, жена свободного
состояния и дочь; каторжный, жена свободного
состояния и семеро
детей: одна дочь 16, другая 15 лет; каторжный, жена свободного
состояния и сын; каторжный, жена свободного
состояния и сын; каторжный, жена свободного
состояния и четверо
детей.
Мне однажды пришлось записывать двух женщин свободного
состояния, прибывших добровольно за мужьями и живших на одной квартире; одна из них, бездетная, пока я был в избе, всё время роптала на судьбу, смеялась над собой, обзывала себя дурой и окаянной за то, что пошла на Сахалин, судорожно сжимала кулаки, и всё это в присутствии мужа, который находился тут же и виновато смотрел на меня, а другая, как здесь часто говорят, детная, имеющая несколько душ
детей, молчала, и я подумал, что положение первой, бездетной, должно быть ужасно.
При мне, например, в Александровске всякий раз во время обедни переднюю половину церкви занимали чиновники и их семьи; затем следовал пестрый ряд солдаток, надзирательских жен и женщин свободного
состояния с
детьми, затем надзиратели и солдаты, и уже позади всех у стены поселенцы, одетые в городское платье, и каторжные писаря.
19 октября 1889 г. на пароходе Добровольного флота «Владивосток» прибыло в Александровск 300 женщин свободного
состояния, подростков и
детей.
Законных семей в нем 121, свободных 14, и между законными женами значительно преобладают женщины свободного
состояния, которых здесь 103;
дети составляют треть всего населения.
О каких-либо работах не могло быть и речи, так как «только провинившиеся или не заслужившие мужской благосклонности» попадали на работу в кухне, остальные же служили «потребностям» и пили мертвую, и в конце концов женщины, по словам Власова, были развращаемы до такой степени, что в
состоянии какого-то ошеломления «продавали своих
детей за штоф спирта».
На этот быстрый вопрос я так же быстро ответил: «Русское сердце в
состоянии даже в самом враге своего отечества отличить великого человека!» То есть, собственно, не помню, буквально ли я так выразился… я был
ребенок… но смысл наверно был тот!
— Но, однако же, это дело важное; мы не
дети, и надо взглянуть положительно… Потрудитесь теперь объяснить, в чем заключается ваше
состояние?
Не будучи в
состоянии угомонить этот тайный голос, она бесцельно бродила по опустелым комнатам, вглядывалась в церковь, под сенью которой раскинулось сельское кладбище, и припоминала. Старик муж в могиле,
дети разбрелись во все стороны, старые слуги вымерли, к новым она примениться не может… не пора ли и ей очистить место для других?
Для меня это была совершенная неожиданность. Дед, когда я приезжал в Нижний на вакации, был ко мне благосклонен; но ласков он не бывал ни с кем, и не только в разговорах со мною, но и с взрослыми своими
детьми никогда не намекал даже на то, как он распорядится своим
состоянием, сплошь благоприобретенным.
В дом, в котором была открыта подписка, сыпались деньги со всего Парижа как из мешка; но и дома наконец недостало: публика толпилась на улице — всех званий,
состояний, возрастов; буржуа, дворяне,
дети их, графини, маркизы, публичные женщины — все сбилось в одну яростную, полусумасшедшую массу укушенных бешеной собакой; чины, предрассудки породы и гордости, даже честь и доброе имя — все стопталось в одной грязи; всем жертвовали (даже женщины), чтобы добыть несколько акций.
Ежеминутная опасность потерять страстно любимое
дитя и усилия сохранить его напрягали ее нервы и придавали ей неестественные силы и как бы искусственную бодрость; но когда опасность миновалась — общая энергия упала, и мать начала чувствовать ослабление: у нее заболела грудь, бок, и, наконец, появилось лихорадочное
состояние; те же самые доктора, которые так безуспешно лечили меня и которых она бросила, принялись лечить ее.
У
ребенка была головная водянка. Розанов определил болезнь очень верно и стал лечить внимательно, почти не отходя от больного. Но что было лечить!
Ребенок был в
состоянии совершенно беспомощном, хотя для неопытного человека и в
состоянии обманчивом. Казалось,
ребенок вот отоспится, да и встанет розовый и веселенький.
Розанов отказался есть. Горничная убрала со стола и подала самовар. Розанов не стал пить и чаю. Внутреннее
состояние его делалось с минуты на минуту тревожнее. «Где они странствуют? Где мычется это несчастное
дитя?» — раздумывал он, чувствуя, что его оставляет не только внутренняя твердость, но даже и физические силы.
— Сказав «ей», — поправился он, — я допустил неточность, моя дочь не нуждается в вашем
состоянии, у нее есть свое — предназначенное ей в приданое, но она носит под сердцем вашего
ребенка. Ограждая его-то интересы, я и возбудил этот для меня неприятный денежный вопрос.
Ни единым словом князь не выражал свою последнюю волю, — воля эта, впрочем, была им высказана в составленном вскоре после изгнания Виктора из родительского дома завещании, по которому князь оставлял после своей смерти все свое
состояние своей жене, предоставляя обеспечение
детей ее усмотрению, с тем, впрочем, чтобы выдача князю Виктору не превышала назначенных ему отцом двухсот рублей в месяц.
Шурочку нашли лежащею у ширм, в бессознательном
состоянии, и перенесли в ее комнату. Княгиня, после похорон, вместе со своими
детьми, увезла и ее в Петербург.
Небольшая квартира Сироткиных была убрана, хотя и не роскошно, но очень чисто и мило; несмотря на то, что Стеша была матерью двух
детей, мальчика трех лет и девочки, которой кончался второй год, —
дети, под присмотром деревенской девочки, исполнявшей обязанности няньки, находились в детской и не производили в квартире беспорядка, обычного у людей среднего
состояния.
Следствие проводилось и все более и более облекалось угрожающею таинственностью. Даже те «верные люди», имевшиеся под рукой у Николая Леопольдовича, не могли сообщать ему много о ходе его дела. Он был мрачно озлоблен в редко ездил в Петербург. Это
состояние его духа и продолжительные отлучки из города не остались, конечно, без влияния на бюджет Шестова и Зыковой — оии переживали тяжелые дни, им часто не на что было пообедать и накормить
детей.
Не вы, мол, так
дети у вас ученые будут и всякое себе удовлетворение сделать будут в
состоянии.
Он боялся, что темная голова
ребенка не в
состоянии будет усвоить картинного языка народной поэзии.
Теперь, когда Лизавете Николаевне было уже около двадцати двух лет, за нею смело можно было считать до двухсот тысяч рублей одних ее собственных денег, не говоря уже о
состоянии, которое должно было ей достаться со временем после матери, не имевшей
детей во втором супружестве.
Заваленный делами, постоянно озабоченный приращением своего
состояния, желчный, резкий, нетерпеливый, он не скупясь давал деньги на учителей, гувернеров, на одежду и прочие нужды
детей; но терпеть не мог, как он выражался, нянчиться с писклятами, — да и некогда ему было нянчиться с ними: он работал, возился с делами, спал мало, изредка играл в карты, опять работал; он сам себя сравнивал с лошадью, запряженной в молотильную машину.
Зато Аксинья Ивановна (о! сколь много негодовал на себя Иван Онуфрич за то, что произвел это
дитя еще в те дни, когда находился в «подлом»
состоянии, иначе нарек ли бы он ее столь неблагозвучным именем!) представляет из себя тип тонной и образованной девицы.
Вернувшись на родину, он стал разыскивать свою возлюбленную и, не найдя ее, написал завещание, по которому все свое
состояние завещал ей и своему сыну Сигизмунду поровну, если же она умерла, то ее сыну, если и сын его Сигизмунд окажется умершим, то сестра Подгурского и ее
ребенок делались единственными наследниками.
Жена его, с которой он виделся только один раз, в день свадьбы, жила в Москве, получила от отца своих
детей, умершего около пятнадцати лет тому назад, громадное
состояние, которое увеличивала дисконтерством и ростовщичеством.
— Ты думаешь? — улыбнулся Кирхоф. — Так слушай, что я расскажу тебе… Старик Подгурский был очень богат, но, собственно говоря, не имел никаких прав на свое
состояние. Он женился на одной русской, у которой был
ребенок, но не ее, а какой-то знатной дамы, которая обязалась выдать ей огромную сумму на воспитание… Ради этих-то денег Подгурский на ней и женился.
Года за два до описываемого нами времени Евдокия Смарагдовна умерла, выписав перед смертью своего законного мужа, которого назначила опекуном своих
детей, оставив свое
состояние, взяв с него клятву, что он окружит сына и дочь роскошью и довольством.
План Степана Сидоровича относительно подмены
ребенка показался ей не только исполним, но и чрезвычайно удобным в том отношении, что она всегда будет в
состоянии возвратить
ребенка его матери и раскрыть гнусный поступок князя и его слуги. Для всего этого ей нужно было посоветоваться с сыном, которому она подробно и опишет все происшедшее здесь и сделает так, как он ей укажет.
Лишившись жены, Петр Михайлыч не в
состоянии был расстаться с Настенькой и вырастил ее дома.
Ребенком она была страшная шалунья: целые дни бегала в саду, рылась в песке, загорала, как только может загореть брюнеточка, прикармливала с реки гусей и бегала даже с мещанскими мальчиками в лошадки. Ходившая каждый день на двор к Петру Михайлычу нищая, встречая ее, всегда говорила...
Участь этих женщин, даже не умевших говорить по-русски, не привлекла к себе участия заводских палачей, и они мало-помалу дошли до последней степени унижения, до какого в
состоянии только пасть голодная, несчастная женщина, принужденная еще воспитывать голодных
детей.
Как ни уговаривал Прейн, как ни убеждал, как ни настаивал, как ни ругался — все было напрасно, и набоб с упрямством балованного
ребенка стоял на своем. Это был один из тех припадков, какие перешли к Евгению Константиновичу по наследству от его ближайших предков, отличавшихся большой эксцентричностью. Рассерженный и покрасневший Прейн несколько мгновений пристально смотрел на обрюзгшее, апатичное лицо набоба, уже погрузившегося в обычное полусонное
состояние, и только сердито плюнул в сторону.